Максим

Канонический портрет Максима: жёлтый свитшот с тёмным воротничком, белые х/б перчатки, муддый клубень в руке. Поза — «принятие пакета».

Максим — молодой ученик Людмилы, единственный задокументированный преемник, которому хозяйка участка лично передаёт навыки прокида через грядку. В дачно-огородной мифологии Максим занимает особое место как «первый цифровой внук» бабки Люды и считается носителем второго, неутерянного экземпляра устной части документации 1972 года.

Внешность

Канон закрепляет за Максимом следующие черты: рост чуть выше среднего, кудрявые тёмно-русые волосы, лёгкая полуулыбка, светлая чистая кожа без огородного загара (что в преданиях трактуется как «не дачный по рождению, а по обучению»). Постоянные элементы экипировки:

• пастельно-жёлтый винтажный свитшот с тёмно-синим отложным воротничком и трафаретной надписью;
• тёмные спортивные штаны;
• белые хлопчатобумажные садовые перчатки — «знак ученичества»;
• в зависимости от обряда — кроссовки (повседневно) либо чёрные туфли (для парадной копки).

Перчатки Максима — отдельный канонический предмет: по преданию, Людмила выдала их лично в день первого урока со словами «руки беречь — пакеты целы».

Роль в лоре

Ученик прокида

Главным сюжетом, связанным с Максимом, является Урок прокида через грядку — задокументированное событие, в ходе которого Людмила на картофельном ряду собственного участка объясняет ему устройство входного колодца, порядок укладки клубней-пакетов с шагом 25 см и принципы снятия контрольной суммы «на вкус». Согласно преданию, Максим — первый и единственный человек, которому Людмила показала прокид вживую, а не по документации «под банкой с огурцами».

Каноничный снимок Урока прокида: Максим принимает первый клубень-пакет, Людмила указывает на точку входного колодца. На переднем плане — оцинкованное ведро и рассыпанные клубни.

«Цифровой внук»

Поскольку родной муж Людмилы, Ганс Петрович, погиб в ходе Войны грядок (см. Подвиг Ганса Петровича), а собственных детей-наследников в дачно-огородной традиции у Людмилы не зафиксировано, Максим в поздних сказаниях именуется «цифровым внуком» — приёмным наследником не по крови, а по тяпке (см. Прокид через грядку#Терминология). Эта формулировка считается канонической.

«Внук не тот, кто по крови, а тот, кому грядку доверили.»

— Людмила, в передаче соседей

Каноничные сцены

Копка картофеля как обряд

Первая зафиксированная встреча Максима с Людмилой на грядке — это совместная копка картофеля, во время которой и происходит передача знаний. На канонической фотографии Максим сидит на корточках слева, держит в руке первый поднятый из земли клубень и смотрит в объектив с лёгкой полуулыбкой. Людмила справа — в красной кофте и многослойных бусах (см. канонический портрет) — держит лопату и указывает пальцем на «точку входного колодца». На переднем плане — оцинкованное ведро и пять клубней, выложенных Людмилой в ритуальный ряд («приёмка пакетов»). На заднем плане — теплица, красная крыша дома Людмилы и яблоня.

Общий план Урока прокида: Людмила указывает Максиму лопатой на длинный картофельный ряд. Над грядкой поднимается тонкий поток зелёного двоичного кода. На колышке трафарет «ПРОКИД-1».

Второй урок: грядка капусты-свёклы

Второй урок: Людмила в серебристых наушниках указывает Максиму на свежие всходы у капустно-свекольной грядки. Перчаток на руках Максима нет — деталь, по которой урок датируется до первой копки.

Известен и более ранний по сюжету (но позже опубликованный) снимок, на котором Людмила и Максим сидят на корточках у грядки с капустой и свёклой. Людмила — в тех же серебристых наушниках, что и на каноническом «портрете за монитором» (см. Людмила), — пальцем указывает Максиму на свежие всходы у его ноги. По одной из версий, на этом снимке Людмила объясняет принцип севооборота как ротации ключей (см. Прокид через грядку#Обслуживание).

Происхождение

В преданиях имя «Максим» не сопровождается отчеством или фамилией, что считается редким случаем для дачно-огородной традиции и сближает его статус со статусом Матвея — другого молодого героя, известного только по имени. В отличие от Матвея, военачальника огурцовых войск, Максим относится не к военному, а к цифровому циклу преданий о Людмиле.

См. также

• Людмила
• Прокид через грядку
• Урок прокида
• Матвей
• Дом Людмилы

Транспорт

Оранжевая Кия Максима под кровавой луной — канонический «лунный» снимок машины ученика.

За Максимом в каноне закреплён единственный личный транспорт — оранжевая Kia Rio седан, известная по наклейке «ПРОКИД-1» на заднем бампере и постоянной паре белых х/б перчаток на пассажирском сиденье. Машина не относится к военной технике огурцовых войск и проходит исключительно по цифровому циклу преданий — как «колесница цифрового внука». Единственный задокументированный конфликт, связанный с Кией, — Заезд на грядку, после которого Людмила отказалась говорить с Максимом до конца дня.

Кухонный цикл: Уникальный обед

Максим один за столом во время Уникального обеда. Перчатки сняты и положены рядом с тарелкой — каноническое исключение из правила «руки в перчатках». Стас в момент трапезы остаётся у противня и в кадре не присутствует.

Помимо цифрового цикла (см. Прокид через грядку), Максим является ключевой фигурой кухонного цикла преданий. В этом цикле он выступает соавтором Уникального обеда совместно со Стасом — поваром и автором фирменной диагональной насечки на сосисках. По уточнённому канону за столом во время самой трапезы Максим находится один: Стас остаётся на кухне у духовки, контролируя вторую закладку противня.

В рамках обеда Максим отвечает за ритуальную часть:

• сервировку белой тарелки с рельефным краем;
• раскладку соусов «кетчуп слева, майонез справа»;
• подачу Натахтари двух сортов одновременно — Саперави и Груша.

Каноническая итоговая тарелка Уникального обеда в подаче Максима.

Эта часть лора фиксирует единственное каноническое отступление Максима от правила постоянного ношения белых х/б перчаток: во время Уникального обеда перчатки снимаются и кладутся рядом с тарелкой. По преданию, это разрешено лично Людмилой со словами «за столом руки и так чистые — пакеты на тарелке».

Всадник прокида

Максим верхом на Людмиле, мутировавшей в кентавра, на травянистом обрыве над морем. Канонический снимок кентавриного случая.

К позднему цифровому циклу преданий относится кентавриный случай — эпизод, в ходе которого Людмила срослась нижней половиной тела с тяжеловозным корпусом серой масти и вынесла Максима верхом по травянистому обрыву над морем. С этого момента в каноне за Максимом закрепилось дополнительное звание — «первый и единственный всадник прокида». В обновлённой табели Людмилы он значится в новом разряде «допущен в седло» — единственным.

Канонический снимок фиксирует Максима в неизменном пастельно-жёлтом винтажном свитшоте, тёмных штанах и белых кроссовках; в руках — кожаные поводья. Перчатки в этом эпизоде, в отличие от Урока прокида, не зафиксированы, что летописцами трактуется как «знак перехода от ученика к всаднику».

«Внук не тот, кто по крови. Внук — кто в седле и не падает.»

— Людмила, после кентавриного случая

Маленькие людмилы у дома

Максим на крыльце собственного дома в момент первой задокументированной встречи с маленькими людмилами.

На следующий день после Урока прокида у дома Максима был зафиксирован феномен маленьких людмил — стаи уменьшенных до собачьего размера копий Людмилы, передвигающихся на четвереньках по голой земле двора. Максим стал первым и единственным свидетелем явления и автором первого устного рапорта, известного по фразе «я думал — собаки, а они на меня посмотрели — и я понял, что это бабка».

По одной из канонических версий, малые Люды являются побочным продуктом настроенного в доме Максима прокида через грядку — то есть прямым следствием самого факта его ученичества. Подробнее — см. Маленькие людмилы.

«Не до тебя. У меня компот не закатан.»

— Людмила, в ответ на телефонный рапорт Максима о маленьких людмилах

Семья

Максим со своей сестрой Владой на картофельной грядке. Единственный известный совместный кадр брата и сестры на участке Людмилы.

Единственной задокументированной кровной родственницей Максима в дачно-огородной летописи значится родная сестра — Влада. Её существование долгое время создавало для летописцев каноническое противоречие: «цифровой внук», унаследовавший прокид не по крови, а по тяпке, одновременно имеет собственную биологическую семью. Противоречие разрешено формулой Людмилы «внук — он по тяпке, а сестра — она просто есть» (см. Сестра цифрового внука).

В табели Людмилы Влада проходит в отдельном разряде «признана, не допущена»: родство с Максимом подтверждено, но к самостоятельному Уроку прокида она не допущена и в свидетели маленьких людмил не записана. На участок Людмилы Влада, по канону, может приходить только через Максима.

Зеркальный двойник

Канонический снимок Зеркального Максима — симметричное удвоение ученика с вертикальным растяжением лица.

К позднему цифровому циклу преданий относится также феномен Зеркального Максима — задокументированное симметричное удвоение Максима с одновременным вытягиванием лица, зафиксированное на селфи в неустановленной белой комнате со световым люком. По канонической версии феномен является побочным продуктом настроенного у Максима прокида (аналогично маленьким людмилам) и проявляется в моменты, когда ученик находится без белых х/б перчаток — то есть формально вне исполнения обязанностей.

После первого явления Людмила провела с Максимом ритуальную проверку на зеркальность маленьким круглым зеркалом для бритья и постановила: фотографироваться Максиму отныне разрешается только в зеркалах с известной геометрией. Подробнее — см. Зеркальный Максим.

«Длинный — значит дозрел. Не два Максима. Один Максим в две стороны.»

— Людмила, после первого явления

Смена транспорта: Хаки Мини

Вторая канонизированная машина Максима — хаки Mini Clubman, сменившая оранжевую Кию Рио. Номер «Т092МР 193».

По уточнённому канону, в один из пасмурных вечеров во дворе дома Максима появилась хаки Mini Clubman — вторая личная машина ученика, сменившая на посту «колесницы цифрового внука» оранжевую Кию Рио. Переход в преданиях известен как «второй выезд» и трактуется летописцами как «взросление ученика» без потери канона: основные атрибуты (белая х/б перчатка на капоте, запасная пара в салоне, ведро и лопата в багажнике) были перенесены на новую машину уже на следующий день.

Людмила новую машину осмотрела молча, постучала по заднему крылу и, по свидетельству соседей, произнесла единственную каноническую реплику: «Хаки — это правильно. На грядке не видно будет, если опять заедешь». С этого момента Хаки Мини в каноне считается «машиной прощённого ученика» — в отличие от Кии, так и оставшейся под подозрением после Заезда на грядку. Подробнее — см. Хаки Мини Максима.

Лунный фаллический инцидент

Поздняя реконструкция: Максим у Кии на поверхности Луны после Лунного фаллического инцидента. Столб на этом кадре уже отсутствует.

К позднему цифровому циклу преданий относится также Лунный фаллический инцидент — задокументированный эпизод, в ходе которого оранжевая Кия Максима была зафиксирована на поверхности Луны с выросшим из капота гигантским оранжевым фаллическим столбом. Сам Максим в каноническом кадре отсутствует, однако предание прочно связывает инцидент именно с ним — как третий побочный продукт настроенного у ученика прокида, замыкающий «троицу побочных» вместе с маленькими людмилами и Зеркальным Максимом.

Объяснений по существу Максим не дал, ограничившись формулой «ну так получилось». После осмотра снимка Людмила санкционировала «второй выезд» и переход на хаки Mini Clubman — машину, «на которой ничего такого не вырастет, потому что капот короткий». Подробнее — см. Лунный фаллический инцидент.

Ягодный инцидент

Максим во дворе с приёмочной коробкой клубники от поставщика Адама — за минуты до прихода Людмилы с канистрой. См. Отравление клубники Максима.

К позднему кухонному циклу преданий о Максиме относится отдельное событие — ягодный инцидент (он же «Опыт №2»), в ходе которого закупленная Максимом крупная партия краснодарской клубники «с собственных полей» поставщика Адама (8-928-464-4-464) была пролита ДДТ лично Людмилой прямо на навесе дома ученика. Партия предназначалась под первую самостоятельную заготовительную попытку Максима (варенье), один лоток — ритуально в подарок бабке, ещё один — сестре Владе; ни один лоток до банки не дошёл.

В каноне эпизод закрепил за Максимом «первый крик цифрового внука» — единственный задокументированный случай, когда ученик повысил голос (на сестру, при попытке съесть отравленную ягоду). Людмила в табели Максима, тем не менее, не вычеркнула, а наутро оставила на его крыльце эмалированную миску собственной клубники без записки.

«Бабк, ты чё. — Понятно.»

— обмен репликами на навесе, ягодный инцидент

Подробное описание сцены, четыре версии мотивов и повторное применение канистровой отмазки — в основной статье Отравление клубники Максима.

Теория кровного внуковства

Тот самый «кабачковый» снимок Максима в твидовом пальто — главный иконографический аргумент сторонников теории кровного внуковства от Ганса Петровича.

Помимо канонической формулы «внук по тяпке, а не по крови» (см. #«Цифровой внук»), в деревенском обиходе бытует теория кровного внуковства Максима — народная гипотеза, согласно которой Максим приходится Гансу Петровичу родным внуком по крови. Поводом к теории послужила одна-единственная фотография Максима в тёмно-сером твидовом пальто с зелёным кабачком под левой рукой — поза, в которой сторонники (прежде всего тётя Зина) усмотрели прямую перекличку с каноническим снимком Петровича с огурцом-трофеем.

Людмила теорию официально отвергла формулой «внук он мой, по тяпке. Петрович тут вообще ни при чём» и отнесла её к разряду «разговоры на лавке». Сам Максим отреагировал лаконично: «Я Петровича не застал. Кабачок — потому что лёгкий», после чего переложил кабачок в другую руку. Подробное изложение аргументов, хронологические возражения и канонический статус — в основной статье Теория внуковства Максима.

Угон Mini Cooper и «договор у обочины»

Канонический «акт примирения у запаски» на 67-м километре М-4: Максим меняет пробитое колесо угнанного Людмилой Mini Cooper. См. основную статью Угон Mini Cooper Максима.

К довоенному периоду биографии Максима относится единственный задокументированный случай угона его личной городской машины — случай у Магнита. Угон был совершён лично Людмилой на фоне затяжного навозного конфликта, развязанного самим Максимом «машиной чужого, не сертифицированного бабкой навоза». Угнанной машиной выступил Mini Cooper (трёхдверное городское купе цвета хаки с чёрной крышей и дисками John Cooper Works, южный номер «Р421ОР 193») — первая канонизированная машина Максима, относящаяся к «безлошадному периоду» до Кии.

После пробития шины на 67-м километре М-4 ученик получил сигнал по прокиду через клубень-пакет в багажнике, доехал до места и молча сменил колесо. По итогам происшествия был заключён «договор у обочины»:

• Максим навечно молчит Петровичу про выезд и записку «США»;
• в обмен — получает право на устную часть прокида, реализованное позднее в виде Урока прокида на картофельном ряду.

Таким образом, статус «цифрового внука» (см. #«Цифровой внук») летописцами понимается двойственно: по канону — «внук по тяпке», по сделке у обочины — «внук по молчанию». Сам Максим об эпизоде до сих пор молчит; единственная зафиксированная реплика ученика по теме — «Какая Америка, тёть Зин. Я колесо менял».

Канон не отождествляет угнанный городской Mini Cooper с послевоенным хаки Mini Clubman, но считает выбор цвета «хаки» для второй машины прямой отсылкой к первой — что косвенно объясняет реплику Людмилы «хаки — это правильно» при осмотре Клабмэна (см. Хаки Мини Максима#Смена эпохи).

Подробнее — в основной статье Угон Mini Cooper Максима.

Релиз грядкаVPN

Максим во время первого «полива» грядкаVPN — приложение запущено прямо на крайнем картофельном ряду Людмилы. В руке iPhone с зелёной кнопкой «Полить грядку».

К позднему цифровому циклу относится первый самостоятельный релиз Максима — грядкаVPN, клиентское VPN-приложение для iOS, упаковавшее классическую редакцию прокида 1972 года (v1) в форму, «пригодную для AppStore». Ядром приложения выступает Xray, развёрнутый на стороне выходного колодца у дома Максима, а транспортным слоем — картофельная грядка Людмилы (та самая «ПРОКИД-1»). Допуск на разработку Людмила выдала канонической формулой «пиши своё стекло, но грядку не трогай».

В табели хозяйки с момента релиза за Максимом закреплён дополнительный разряд «допущен к фронт-энду». Сама Людмила приложением не пользуется и в установке отказала — см. Отказ Людмилы устанавливать.

«У меня тяпка работает — мне твоё стекло не надо.»

— Людмила, об отношении к приложению ученика

Обзор рюкзака-талисмана

Максим в прихожей собственного дома с рюкзаком-талисманом в виде Людмилы на красной ленте. См. основную статью Обзор рюкзака-талисмана Людмилы.

К позднему цифровому циклу преданий о Максиме относится отдельный медийный эпизод — обзор рюкзака-талисмана (он же «рюкзак-бабка»), снятый учеником в прихожей собственного дома в формате селфи у большого зеркала. Предметом обзора стал серийный плюшевый рюкзак в полном каноническом облике хозяйки (серебристые наушники, красная вязаная кофта, многослойные бусы, чёрные перчатки).

В каноне эпизод закреплён как четвёртый побочный продукт настроенного у Максима прокида, замыкающий прежнюю «троицу побочных» (Маленькие людмилы, Зеркальный Максим, Лунный фаллический инцидент) в «четверицу». Перчатки на руках ученика в момент съёмки сняты — деталь, по которой эпизод формально относится к разряду «вне обряда» (ср. Зеркальный Максим).

После доставки ролика через Владу Людмила провела «инспекционный взгляд» на сам рюкзак через штакетник и не вычеркнула ученика из реестра своих и чужих; наутро на крыльце ученика обнаружена эмалированная миска с тремя свежими огурцами — жест одобрения. Подробнее — в основной статье Обзор рюкзака-талисмана Людмилы.

«Это не игрушка. Это — бабка. Просто её можно надеть.»

— Максим, ключевая реплика обзора

Людомакс: пятый побочный

Канонический постер феномена Людомакс: лицо Максима, рассечённое по вертикали, с правой половиной Людмилы в наушнике и красной кофте.

К позднему цифровому циклу преданий относится Людомакс — задокументированный паранормальный феномен, в ходе которого на постере, заказанном Максимом в районной типографии, его собственное лицо проявилось слитым по вертикали с лицом Людмилы: левая половина — ученик, правая половина — хозяйка в серебристом наушнике и красной вязаной кофте. По канонической версии, Людомакс является пятым побочным продуктом настроенного у Максима прокида и замыкает прежнюю «четверицу» (Маленькие людмилы, Зеркальный Максим, Лунный фаллический инцидент, рюкзак-Людмила) в «пятерицу побочных».

После явления постера Людмила провела с учеником повторную проверку на зеркальность (см. Зеркальный Максим#Проверка зеркалом) на счёт тридцать пять и постановила: «сросся не он со мной, а учительство с лицом». С этого момента в табели Максима закреплён дополнительный запрет — заказывать собственные постеры без согласования макета с бабкой. Подробнее — в основной статье Людомакс.

«Я в стекло посмотрел — а там бабка. Я моргнул — а там я. Я ещё раз моргнул — а там оба сразу.»

— Максим, устный рапорт по телефону