Стас
Стас — близкий соратник Максима по цифровому циклу преданий, известный в дачно-огородной мифологии прежде всего как соавтор и сокулинар Уникального обеда — задокументированной трапезы, в которой впервые в каноне зафиксировано совместное употребление запечённой картошки, сосисок «с насечкой», огуречно-помидорного салата и двух видов грузинского лимонада «Натахтари» (см. ниже).
В отличие от Матвея (военный цикл) и Максима (цифровой цикл прокида), Стас относится к кухонному циклу преданий — тонкой ветви лора, где грядка раскрывается не на ряду, а на противне.
Внешность
Канон закрепляет за Стасом:
- возраст около 27 лет, чуть старше Максима;
- короткие тёмные волосы, зачёсанные вбок, лёгкая постоянная щетина;
- спокойные узкие глаза, выражение лица — «доварю и посмотрим»;
- повседневно — простая тёмно-серая или чёрная футболка без надписей; в парадных случаях поверх футболки — белая льняная рубашка нараспашку (см. главный портрет);
- на шее — тонкая серебристая цепочка с небольшим кулоном, считающаяся в поздних преданиях «личным оберегом повара»;
- в обрядовых сценах — пергаментная бумага в левой руке, противень в правой.
Перчатки у Стаса отсутствуют как класс — это считается канонической оппозицией к белым х/б перчаткам Максима: «Максим бережёт руки для пакетов, Стас — для специй».
Роль в лоре
Сокулинар Уникального обеда
Главный сюжет, связанный со Стасом, — Уникальный обед Максима и Стаса. По преданию, именно Стас отвечает за техническую часть:
- нарезку картошки дольками «по-деревенски»;
- нанесение диагональной насечки на сосиски (так называемый «узор Стаса» — три-четыре параллельных надреза под углом 60°);
- контроль времени в духовке «на глаз, без таймера».
Максим, в свою очередь, отвечает за ритуальную часть: сервировку, раскладку соусов «кетчуп слева, майонез справа», и подачу Натахтари двух видов одновременно — Саперави и Груша.
«Узор Стаса»
Диагональная насечка на сосисках — каноническая личная подпись Стаса. По преданию, насечка выполняет двойную функцию:
- кулинарную — сосиска при запекании раскрывается «гребешком», увеличивая площадь поджаристой корочки;
- ритуальную — каждый надрез считается «отметкой о приёмке пакета», по аналогии с зарубкой на колышке у прокида через грядку. Этим Стас негласно связывает кухонный цикл с цифровым.
«Без насечки сосиска — просто сосиска. С насечкой — это уже документ.»
— Стас, в передаче Максима
Происхождение
Как и у Максима, в преданиях имя «Стас» не сопровождается отчеством или фамилией. Это сближает его статус с Максимом и Матвеем и закрепляет за ним положение «молодого героя одного имени». О том, как именно Стас познакомился с Максимом, канон молчит; в поздних сказаниях утверждается лишь, что знакомство произошло «где-то между двумя противнями».
В отличие от Максима, Стас не является учеником Людмилы и прокиду через грядку не обучен. Однако Людмила, по преданию, однажды попробовала сосиску с «узором Стаса» и сдержанно произнесла:
«Хороший срез. Контрольную сумму держит.»
— Людмила
С этого момента Стас считается «поваром при цифровом внуке» — каноническая формулировка, закрепившаяся в кухонном цикле.
Случай в горнице
К позднему циклу преданий о Стасе относится единственный задокументированный эпизод, в котором он выходит за пределы кухонного цикла — случай в горнице. По преданию, Стас прибыл к Людмиле «прямо с противня», не успев снять домашнюю рубаху, и принял у хозяйки роды совместно с собакой-талисманом Бетти в служебном статусе «технического специалиста». Новорождённым оказался миньон (рабочее обозначение M-0).
Главное иконографическое нововведение эпизода — ярко-жёлтые хозяйственные перчатки на руках Стаса. Появление перчаток считается отступлением от ранее зафиксированной канонической формулы («перчатки отсутствуют как класс»); часть летописцев предлагает после этого случая считать формулу действующей только в кухонном цикле, а в «внекухонных» эпизодах — допускать жёлтый медицинский вариант.
Стасу же приписывается и единственная новая «узорная» формула, прозвучавшая в горнице:
«Дышим по насечке.»
— Стас, Людмиле во время родов
Эта реплика, восходящая к узору на сосисках, в позднем кухонно-родильном цикле трактуется как «перенос разметки с противня на пелёнку». Подробности — в основной статье Приём родов у Людмилы.
См. также
Перевоплощение в бабку Люду
К позднему кухонно-обрядовому циклу преданий о Стасе относится отдельный задокументированный эпизод — перевоплощение на противне. В ходе «межсезонного простоя» (противень остужен, Натахтари не подвезли) Стас лично снял с гвоздя одну из запасных красных кофт Людмилы, надел её многослойные бусы из дачных камушков и вышел во двор в полном облачении хозяйки, сохранив при этом собственное лицо, щетину и распущенные тёмные волосы. Платок Людмилы был заменён чёрными солнечными очками на темени — этот жест в каноне получил название «очки вместо платка».
Эпизод считается вторым полноценным выходом Стаса за пределы кухонного цикла (первый — случай в горнице) и единственным задокументированным случаем обрядового кросс-портрета в дачно-огородной мифологии. Сама Людмила эпизод не комментировала, ограничившись формулой «кофту верни, бусы оставь». Подробности и сравнительный двойной портрет — в основной статье Стас в образе бабки Люды.
«Дышим по насечке. Закатываем по описи.»
— Стас в образе бабки Люды, единственная фраза эпизода
Опыт №1: слияние с Бетти
К довоенному циклу преданий о Стасе относится эпизод, в каноне известный как Опыт №1 у крыльца. По хронике, Стас зашёл к Людмиле «на минуту, забрать противень» и оказался на крыльце её дома одновременно с Гансом Петровичем, Бетти и неустановленной собачкой-свидетелем — в тот самый момент, когда стакан с приготовленным Людмилой «особым компотом» (ДДТ-канистра, см. основную статью) был опрокинут на канистру. В поднявшемся зелёно-жёлтом облаке Стас, Бетти и собачка слились в единое существо — каноническое имя Стасобетти.
По итогам «мягкого расщепления» Стас вернулся в собственное тело, однако приобрёл несвойственную ему привычку обнюхивать сосиску перед нанесением узора — ранее принадлежавшую химере. Эта деталь в кухонном цикле проходит как «остаточный признак Опыта №1» и в Уникальном обеде фиксируется в виде короткой паузы перед каждым надрезом.
Ганс Петрович в эпизоде не пострадал — успел отступить на шаг и затянуться папиросой; впоследствии дожил до подвига на капустном рубеже. Подробности — Слияние Стасобетти.
«Сосиску теперь обнюхиваю. Не моя привычка — собачья. Но узор держит.»
— Стас
Хроно-перевоплощение в Людмилу
К самому позднему слою преданий о Стасе относится отдельный задокументированный эпизод — хроно-перевоплощение, в каноне известный также как «шесть кадров одного противня». В отличие от перевоплощения на противне, где Стас принимал облик хозяйки извне (чужая кофта, чужие бусы), хроно-перевоплощение происходит изнутри самого Стаса: лицо стареет, волосы седеют, а красная кофта и бусы из дачных камушков появляются сами как «естественное следствие возраста, а не реквизит».
Эпизод задокументирован шестикадровой раскладкой, в которой Стас постепенно превращается в полное иконографическое совпадение с Людмилой — вплоть до серебристых наушников и компьютерной мышки на финальном кадре. Это считается третьим и наиболее радикальным выходом Стаса за пределы кухонного цикла. На финальной стадии Стас, по преданию, произносит не свою фразу, а каноническую реплику Людмилы:
«Не до тебя.»
— Стас в финальной стадии хроно-сдвига, в облике Людмилы
Подробности, сравнительная таблица отличий от перевоплощения на противне и канон серебристых наушников — в основной статье Старение Стаса до состояния Людмилы.
Пэдровская теория родства
К позднему генеалогическому циклу преданий о Стасе относится отдельный устойчивый слух, известный в каноне как пэдровская теория — околозаборная версия, согласно которой Стас приходится Людмиле внебрачным внуком по крови через её ранее неизвестного знакомого Деда Пэдро — испанского огородника, выращивавшего томаты «на горе, у каменной стены». Слух относит знакомство Людмилы с Пэдро к командировке 1968 года, не зафиксированной в архивной карточке.
В отличие от канонического статуса Максима («внук не по крови, а по тяпке»), пэдровская теория предлагает прямое кровное родство и в этом смысле считается летописцами «самой опасной из теорий, потому что она единственная не объясняется прокидом». Сам Стас слух не подтверждает и не опровергает, ограничиваясь стандартным:
«Не знаю никакого Пэдру. У меня противень остыл.»
— Стас, на прямой вопрос соседки
Из реестра своих и чужих Стас после распространения слуха не был вычеркнут. Подробное описание улик, схемы родства, реакции хозяйки и сравнения с теорией внуковства Максима — в основной статье Слух про Стаса.