Миньоны

Миньоны — отряд малорослых жёлтых бойцов в синих комбинезонах и защитных очках, одна из сторон Войны грядок, выступавшая на стороне обороны грядок участка Людмилы. В дачно-огородной мифологии играют двойственную роль: с одной стороны — союзники и защитники капустного рубежа, с другой — символ ненадёжности в решающий момент.

Канонический строй миньонов на участке Людмилы: синие комбинезоны, защитные очки, лопаты в руках.

Внешний облик

Миньоны невысоки ростом (по колено взрослому человеку), имеют ярко-жёлтую кожу и носят форменные синие комбинезоны с нагрудным карманом. Обязательный атрибут — защитные очки в металлической оправе, которые отряд, по преданию, не снимает ни при каких обстоятельствах — ни в бою, ни на поминках. На дачных работах поверх комбинезона иногда повязывают платок или надевают резиновые сапоги не по размеру.

Происхождение боеспособности

Самый ранний задокументированный эпизод с участием миньонов — Брифинг в кабинете информатики, проведённый ещё маленькой Людой. Именно там отряд впервые узнал, против кого предстоит воевать, и усвоил формулу «потерял позицию — иди окучивать картошку», которая позднее, после отступления в укроп, удержала миньонов от окончательного дезертирства.

Участие в Войне грядок

Отступление миньонов в заросли укропа после начала артиллерийского обстрела. Канонический сюжет, лёгший в основу их репутации.

В одном из ключевых эпизодов Войны грядок миньоны держали оборону на дальнем рубеже совместно с добровольцем Гансом Петровичем. После начала артиллерийского обстрела противника отряд миньонов отступил с позиции, укрывшись в зарослях укропа.

На рубеже остался один человек — Ганс Петрович, который в одиночку отбил атаку, закрыв своим телом пулемёт противника. Подробнее см. Подвиг Ганса Петровича.

Историческая репутация

После описанных событий за миньонами в деревенских преданиях закрепилась репутация бойцов, склонных к преждевременному отступлению. Тем не менее, в общей хронике Войны грядок они учитываются как обороняющаяся сторона — рубеж в итоге был удержан, пусть и не их усилиями.

Примирение

Реабилитация миньонов как обороняющейся стороны связана с эпизодом, известным по снимку «Людмила с миньонами». По преданию, Людмила лично приняла отступивший отряд обратно, отправив его на искупительные работы по окучиванию картошки. С этого момента миньоны вновь учитываются среди защитников участка, хотя репутация «склонных к преждевременному отступлению» за ними сохраняется.

На похоронах Ганса Петровича

В отличие от эпизода на дальнем рубеже, на похоронах Ганса Петровича миньоны присутствовали в полном составе и держались стойко. Шестеро из них стояли в почётном карауле у гроба — по трое в изголовье и в ногах — не снимая защитных очков всю ночь. По одной из версий предания, именно миньоны оплатили гроб и венок, пытаясь искупить вину за отступление. Окончательного прощения от Людмилы они, впрочем, так и не получили — лишь разрешение взять кутью с поминального стола.

Допуск к огородным обрядам

После примирения миньоны были возвращены не только в число защитников грядок, но и допущены к огородным обрядам — впрочем, только как свидетели, без права прикасаться к рассаде. Канонический пример такого участия запечатлён на снимке из статьи Закладка первого огурца: двое миньонов стоят по бокам от Ганса Петровича на почтительном расстоянии, пока тот закладывает первый огурец в новую грядку.

Галерея

• 
  Канонический строй миньонов на участке Людмилы.
• 
  Отступление в укроп — ключевой эпизод Войны грядок.

См. также

• Война грядок
• Ганс Петрович
• Подвиг Ганса Петровича
• Похороны Ганса Петровича
• Брифинг в кабинете информатики
• Закладка первого огурца
• Людмила

Принятие под команду

Факт личного принятия миньонов под команду Гансом Петровичем задокументирован снимком «Смотр миньонов в гортензиях», сделанным незадолго до выхода отряда на дальний рубеж. На фотографии миньоны выстроены полукругом вокруг присевшего Петровича, у бамбуковой шпалеры, на фоне цветущей белой гортензии. Именно этот смотр в дачной хронике считается моментом, после которого отступление отряда в укроп стало восприниматься как нарушение присяги, данной «при цвету».

Городской кортеж за Кией

Миньоны идут пешей колонной за оранжевой Кией Максима по городской улице, с табличками «ANYC».

Помимо дачных эпизодов, за миньонами закреплён один редкий городской выход — сопровождение Максима и его оранжевой Kia Rio по широкой улице, с самодельными табличками «ANYC» в руках. Содержание табличек в преданиях интерпретируется по-разному; устойчиво лишь то, что машина шла первой, а отряд — пешим строем за ней. Эпизод относят к периоду после примирения и считают одной из форм искупительной службы — наряду с окучиванием картошки.

Талисман отряда

Бетти с отрядом миньонов в лаборатории GRULAB — канонический снимок талисмана.

К позднему «лабораторному» циклу преданий о миньонах относится появление в их подсобке собаки Бетти, признанной официальным талисманом отряда. По устной версии, Бетти прибилась к миньонам ещё во время отступления в укроп и с тех пор сопровождает их во всех мирных операциях. Собака допущена в лабораторию GRULAB на правах «технического специалиста»: без её обнюхивания инструмент считается неосвящённым, а отряд не имеет права выйти на рубеж, пока Бетти не вильнула хвостом хотя бы одному миньону.

В отличие от самих миньонов, за Бетти не закреплено ни одного эпизода отступления — этот факт служит в деревне поводом для отдельных пересудов о «ком в отряде надёжнее».

Под пастушеским надзором Бетти

Утренний выгон отряда на капустную грядку под надзором Бетти в пастушьем чепчике. Подробнее см. Бетти-пастух.

В позднем цикле преданий за миньонами окончательно закрепляется подчинённое положение по отношению к собаке Бетти: после очередного исчезновения в укропе двух бойцов на участке была введена должность пастуха миньонов, занятая Бетти. С этого момента отряд выходит на полевые работы только по утреннему лаю собаки, проходит ежедневную инспекцию строя у забора и возвращается с рубежа через процедуру пересчёта носом.

Принципиальные изменения в распорядке отряда после введения должности:

• утренний выгон производится по сигналу Бетти, а не по команде Людмилы;
• миньон, которому Бетти не вильнула хвостом на инспекции, к работам не допускается и остаётся у забора;
• если на возвращении счёт не сходится, отряд не распускается до повторного поиска «потерянного» в укропе.

По неофициальной табели участка миньоны после этого окончательно проходят ниже Бетти — что в деревне комментируется устойчивой формулой: «пастух у них — кудрявый и в чепчике, а они — жёлтые и в очках».

Слух о возможном отцовстве Бетти

Двое миньонов шепчутся в лаборатории GRULAB над распечаткой кулона с миньоном, снятого с шеи Даши. Третий, по преданию, «отводит глаза и потеет».

К позднему и сугубо неофициальному циклу преданий об отряде относится так называемый «слух об отцовстве Бетти» — серия деревенских пересудов, по которым биологическим отцом собаки-талисмана является один из миньонов, а не неустановленный городской кавапу, как принято считать по канону. Поводом для слуха стал золотой кулон в форме миньона на тонкой цепочке, который Даша — биологическая мать Бетти — не снимает ни на одном из известных снимков (полное досье см. в статье о Даше).

Поведение отряда при упоминании этой темы зафиксировано отдельной устной хроникой лаборатории GRULAB:

• при первом же намёке вся смена опускает защитные очки на глаза — даже если до этого они были подняты на лоб;
• один из миньонов начинает без необходимости протирать укулеле Бетти;
• пересчёт носом в этот день отменяется, отряд расходится молча.

Людмила прямого подтверждения слуху не давала, но и не опровергала его; в присутствии отряда обсуждение кулона на участке прямо запрещено, нарушителю предписывается «идти окучивать картошку, пока язык не отсохнет». В неофициальной табели участка миньоны после появления слуха не понизились в статусе, однако к ним добавилась устойчивая деревенская формула: «может, кто-то из них Бетти и не чужой».